BACKGROUND: The use of telemedicine technologies in the provision of medical care is becoming a widespread phenomenon. The law is designed to regulate emerging social relations in order to prevent negative manifestations and organize their harmonious development. In the field of medicine, it is important to establish legal norms aimed at protecting and safeguarding the rights and legitimate interests of the patient, since fundamental natural human rights — the right to health care and life — are affected. The provision of a wide margin of discretion to those engaged in medical-legal relations may result in a significant violation of the constitutional right of a citizen to health. One of the principal applications of telemedicine technologies is remote consultation with the patient.
AIM: The aim of the study was to review the current legal framework regulating remote patient consultations, identify problematic issues, and propose solutions to address these issues.
MATERIALS AND METHODS: The materials of the present study are the Federal Law dated November 21, 2011 № 323-FZ “On the Fundamentals of Health Protection of Citizens in the Russian Federation”, Order of the Ministry of Health of the Russian Federation dated November 30, 2017 № 965n, Order of the Ministry of Health of the Russian Federation dated September 14, 2020 N 972n. The research methods are formal-legal, comparative-legal, as well as general scientific methods of cognition.
RESULTS: The general legal regulation permits remote consultation with the patient in the absence of a face-to-face preliminary visit to the attending physician (Art. 36.2 of the Federal Law dated November 21, 2011 No. 323-FZ “On the Fundamentals of Health Protection of Citizens in the Russian Federation”). Nevertheless, the physician is constrained in his authority to prescribe treatment, modify previously prescribed therapy, or issue an electronic prescription. The result of such a consultation is a medical report. Should the physician determine that a face-to-face appointment is necessary, the patient may be advised to undergo preliminary examinations (clauses 47 and 48 of the Procedure for the Organization and Provision of Medical Care with the Use of Telemedicine Technologies, approved by Order of the Ministry of Health of the Russian Federation No. 965n dated November 30, 2017). Consequently, there are issues pertaining to the determination of the potential content of the medical report (clause 9 of the aforementioned Order). This affects the scope of liability, as the consulting physician is liable within the limits of the issued medical opinion. Furthermore, these provisions conflict with the requirements to indicate in the medical report reasonable conclusions about the presence (absence) of diseases, the presence of medical indications or medical contraindications for the use of methods of medical examination and (or) treatment, to determine the effectiveness and validity of therapeutic and diagnostic measures (paragraphs “b” and “c” of the Procedure for Issuing Certificates and Medical Reports by Medical Organizations, approved by Order of the Ministry of Health of the Russian Federation No. 972n dated September 14, 2020).
CONCLUSIONS: The development of telemedicine necessitates the implementation of appropriate regulatory frameworks, as well as the resolution of existing gaps and conflicts. These include the absence of specific requirements pertaining to the content of a medical report issued within the context of remote consultation, as well as the definition of its legal significance. Concurrently, the Procedure for Issuing Certificates and Medical Opinions by Medical Organizations stipulates that a medical opinion may be provided upon the patient’s request. In contrast, the Procedure for Organizing and Providing Medical Care Using Telemedicine Technologies specifies that it is issued following a remote consultation. Furthermore, the correlation between a medical report and a consultation sheet remains undefined.
Обоснование. Использование телемедицинских технологий при оказании медицинской помощи становится распространённым явлением. Право призвано регулировать возникающие общественные отношения, чтобы не допустить негативных проявлений и организовать их гармоничное развитие. В области медицины важным является установление правовых норм, направленных на защиту и охрану прав и законных интересов пациента, поскольку затрагиваются фундаментальные естественные права человека — право на охрану здоровья и жизнь. Предоставление субъектам медицинских правоотношений широты свободы усмотрения может привести к существенному нарушению конституционного права гражданина на здоровье. Одной из главных форм использования телемедицинских технологий является проведение дистанционной консультации с пациентом.
Цель — рассмотрение действующего правового регулирования проведения дистанционной консультации с пациентом, выявление проблемных вопросов, а также путей их разрешения.
Материалы и методы. Материалами настоящего исследования выступают Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 30.11.2017 № 965н, Приказ Министерства здравоохранения РФ от 14 сентября 2020 г. N 972н. Методами исследования являются формально-юридический, сравнительно-правовой, а также общенаучные методы познания.
Результаты. Общее правовое регулирование предусматривает возможность проведения дистанционной консультации с пациентом при отсутствии очного предварительного посещения лечащего врача. (Ст. 36.2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Однако в этом случае врач ограничен в своих полномочиях: он не может назначить лечение, осуществить коррекцию ранее назначенной терапии, а также выдать электронный рецепт. Результатом такой консультации выступает медицинское заключение. Если врач принимает решение о необходимости очного приёма, то оно может содержать рекомендации пациенту о необходимости проведения предварительных обследований (п. 47, 48 Порядка организации и оказания медицинской помощи с применением телемедицинских технологий, утверждённых приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 30.11.2017 г. № 965н). Следовательно, возникают проблемы, связанные с определением возможного содержания медицинского заключения (п. 9 вышеуказанного Порядка). Это влияет на объём ответственности, поскольку врач-консультант несёт ответственность в пределах выданного им медицинского заключения. Кроме того, данные положения коллидируют с требованиями об указании в медицинском заключении обоснованных выводов о наличии (отсутствии) заболеваний, о наличии медицинских показаний или медицинских противопоказаний для применения методов медицинского обследования и (или) лечения, определении эффективности и обоснованности лечебно-диагностических мероприятий (пп. «б», «в» п. 14 Порядка выдачи медицинскими организациями справок и медицинских заключений, утверждённого приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 14.09.2020 г. № 972н).
Заключение. Для развития телемедицины необходимо её адекватное регулирование, а также устранение пробелов и коллизий. К ним следует отнести отсутствие специальных требований к содержанию медицинского заключения, выдаваемого в рамках дистанционной консультации, определению его юридического значения. При этом Порядок выдачи медицинскими организациями справок и медицинских заключений предусматривает предоставление медицинского заключения по обращению пациента, тогда как Порядок организации и оказания медицинской помощи с применением телемедицинских технологий регламентирует, что оно выдаётся по итогам дистанционной консультации. Кроме того, не определён вопрос о соотношении медицинского заключения и консультативного листа.